Самое интересное для меня — говорить об индивидуальностях. Единственное обиталище гуманности — сам человек в своей глубокой индивидуальности. Я не верю в коллективную мораль.

У каждого понятия, имеющегося в нашем сознательном мышлении, есть своё ассоциативное соответствие в психике.

Меня интересует не счастье для всех людей, а счастье для каждого.

У каждого человека было детство, и в детстве этот человек был единственным и неповторимым. И потом, уже надев морскую форму, он все равно сохранял свою индивидуальность. И только влившись в ряды бунтовщиков, он эту индивидуальность утрачивал и превращался в ничто, в некий элемент единой и великой силы. А сила эта была такова, что, утратив один элемент и даже множество элементов, она легко находила им замену и по-прежнему оставалась единой и великой.