У них у всех одинаковые жесты, одинаковые слова, одинаковые узоры на платьях: цветы и птицы. Только под искусно расшитой одеждой давно ничего не порхает.
Мой муж для меня был всё — больше у меня ничего. О жалкая доля женщины! Выдают её в чужой дом, платят за неё приданое, покупают ей хозяина; рожать ей больно, как в битве, а уйти — позор. Вы — здешние, вы не одинокие, а я — одна.
Любовь — это всё, что о ней думают, и даже больше. Ради неё действительно стоит бороться, быть храбрым, всё ставить на кон. Но проблема в том, что, ничем не рискуя, вы рискуете ещё больше.
