Я же злодей, я ведь никого не спасаю, я не улетаю в закат и мне не достается девушка!

— Мне было так страшно… — Ты боялась, что я умерла? — Я боялась, что больше никогда никого не смогу полюбить. Это так страшно — никого не любить.

У меня не было намерения никого спасать. Мне просто не понравился тот мужик.

Не помню, сколько мне было лет, 8 или 10, но, конечно, мы с отцом обсуждали войну. И я помню свою гордость от того, что он никого не убил во время войны, потому что он работал в Красном кресте. Он спасал жизни. Он находился на передовой, но он спасал людей, и я всегда им гордился за это.