Знаешь, самое страшное: он поверил мне тогда, когда я врала, и не поверил теперь, когда я говорила правду. Смешно.

А доверие — всего лишь производное от правды... Люди врали друг другу веками и тысячелетиями. С тех пор, как научились говорить, а может быть и раньше. Дети врали родителям «я далеко не уходил», а родители врали детям «у нас всё хорошо». И доверяли друг другу, успокоенные, потому что не правда им была нужна, а спокойствие. Жены врали мужьям — «я люблю только тебя», а мужья врали женам — «ты у меня единственная» — и, успокоенные, садились ужинать. Царьки врали народу, что заботятся о нём, народ врал царькам, что любит их, и все получали свою порцию фальшивого доверия. Производители врали потребителям, врачи врали больным, писатели врали читателям, полководцы врали солдатам. И все как бы доверяли — но доверия и в помине не было.

Он был хорошим собеседником, пока не напивался, и когда врал, его было интереснее слушать, чем тех, кто рассказывал правду.

Когда я лгала, они верили каждому моему слову. Когда говорила правду, никто не слушал.