— Ты что-то хотела сказать, моя девочка? Гермиона отхлебнула чай, улыбнулась. — Ага. Вы знаете, что у вас профессор Снейп хочет философский камень украсть? Директор, как раз в этот момент отхлебнувший из своего стакана, закашлялся и разлил чай. Укоризненно посмотрел на девочку. У той хватило совести покраснеть. Разговор получился ни о чём. Директор клятвенно заверил, что камень в безопасности, а Снейпу он верит, как самому себе. И вообще, беспокоиться не о чем. — Да я знаю, что это не Снейп, — махнула рукой Гермиона, а директор в очередной раз закашлялся и наградил девочку укоризненным взглядом. — Это Гарри так думает.

— Я сейчас же пойду на урок зелий, профессор МакГонагалл. — Возьмите Уизли с собой, а то уж больно он довольный.

— А я всегда говорила, что профессор Снейп очень милый и добрый, — отозвалась Гермиона, оглядываясь. — Чего? — повернулся к ней Гарри. — А ты посмотри на огонь? Как он нежно и ласково сожжёт всех врагов нашего профессора. Ручаюсь, без боли. — Сама доброта, — едко отозвался Гарри.

— Это правда, что вы повысили голос на профессора Амбридж? — Да, — сказал Гарри. — Вы обвинили ее во лжи? — Да. — Вы сказали ей, что Тот-Кого-Нельзя-Называть возродился? — Да. Профессор МакГонагалл села за письменный стол и, хмуря брови, поглядела на Гарри. Потом сказала: — Возьмите-ка печенье, Поттер. — Что взять?