— Как красиво! Какая звездная ночь! — Я тебя с трудом вижу, думаешь, смогу звездочки на небе сосчитать? — Тогда... что насчет луны? — Она там. — Получается... единственная звезда, которую ты можешь видеть — это луна. — Луна не звезда. — Светит в темноте и не звезда? — Луна отражает свет других звезд. Настоящая звезда светит без чьей-либо помощи... в одиночку... Если бы луна была звездой, она светила бы, как солнце. — Неважно, что луна не звезда, а просто отражает чужой свет... Вот солнце слишком расточительно светит. А луна — полезная штука, освещает дорогу в темноте. — Ко Ми Нам, день называется ясным, потому что светит это «бесполезное» солнце. — Дошло наконец. — День будет сменять ночь... но солнце... навсегда останется настоящей звездой. — Значит, я что-то вроде луны... купаюсь в лучах света такой звезды, как ты. — Но у луны есть свои преимущества. Не важно, сколько звезд сияет на ночном небе... Я могу видеть только луну.

Солнце — жаркое, Луна — холодная, но людям они одинаково нужны такими, какие они есть.

На вопрос, для чего он родился на свет, Анаксагор ответил: «Для наблюдения солнца, луны и неба».

В свете Солнца говорить мы будем только истину, сражаться будем только за правое дело и поступать будем только так, как угодно Солнцу; Когда падет на нас тьма, мы будем помнить о просвещении нашем, мы не станем винить никого в несчастье нашем, мы будем стойки; В холодном свете Луны мы соглашаемся с тем, что будет безмолвие, и смерть, и конец чаяниям, прежде чем наступит новый рассвет; Мы смиримся с этим, потому что Солнце и Тьма — две половины одного целого, и отрицать одно — значит отрицать все.