— Любезный, да вы вообще знаете, кто я такой? — Знаю. Ужин. — Да ты что! Я, между прочим, заведующий библиотекой Князя Киевского! — Это другое дело. Тогда с чесночком.
— Любезный, да вы вообще знаете, кто я такой? — Знаю. Ужин. — Да ты что! Я, между прочим, заведующий библиотекой Князя Киевского! — Это другое дело. Тогда с чесночком.
А когда кто-то маленький узнаёт Смысл Жизни, он становится взрослым – так, между прочим, до сих пор считается. Другое дело, что и тогда, в незапамятные времена, и теперь, в очень даже «запамятные», все то и дело узнают чужой Смысл Жизни. А свой собственный почти никто не узнаёт – так уж всё смешно, по-дурацки устроено.
— Если забить на всё прочее, ты помнишь, что твои подружки мрут как мухи? — Да, но... — Если кто и знает об этом лучше всех, так я. Я же прочитала все книги, так что знаю, на что иду. Знаю. — Щас блевану.
