– Литература, романы, мне кажется, что все это кончилось, умерло. – Значит, теперь осталось только кино? – Нет, кино тоже кончилось.

... этапы, книжные или жизненные <...> никогда не заканчиваются раз и навсегда, и, хотя герои утрачивают наивность и свежесть, необходимую для того, чтобы верить в корабли-призраки и затонувшие парусники, море-то остается неизменным, оно полно собственной памятью, и оно себе верит. Морю совершенно безразлично, что люди утрачивают веру в приключения, в затонувшие корабли, в поиски сокровищ.

My skull is full of sunken ships, My heart's a prisoner to my ribs, We're flesh & bone when we're all alone, But together, forever, we'll live

Она — кино, в котором ты раньше видел лишь титры.