знаешь, я ведь ни разу тебя не видела ни счастливым, ни спящим. всегда пишу здоровые монологи и складываю в ящик, чтобы навязчиво не напороться на истину. мне многие говорят: «да окстись уже. неужели так сложно забыть эти письма все?» так и есть. жалеют. носят мне чай и зовут анютой, пока в объятиях ртутных тело отторгнет свои 36.6 «ты наивнее той малышни в разноцветных платьях». я их слышу, но слушать давно уже перестала. как бы больно не били, мне будет чертовски мало. в меня целит на финише тот, кто бодрил на старте. и внутри лихорадка. во мне умирают люди. тяжело их носить под сердцем в железной скорби. твое имя придется вписать в этот длинный столбик. а я верила, что его там никогда не будет.