Каждое слово вначале озирается во все стороны и только после этого позволяет мне написать себя на бумаге.

Книга не перестает быть книгой даже если уйдет в Интернет. Ведь самое важное в ней не бумага, а слова.

— Ой, девушка, а нельзя все это завернуть в два слоя бумаги? А то нам далеко нести. — С бумагой в стране напряженка!

— Я даже представить себе не могу извращенную логику, которой ты руководствовался, выстрелив в труп. — Если бы я выстрелил в живого человека, бумаг было бы больше.