27 сентября 2026, воскресенье

Положим, я, например, глубоко могу страдать, но другой никогда ведь не может узнать, до какой степени я страдаю, потому что он другой, а не я.

— Фёдор Достоевский

Фёдор Достоевский
Фёдор Достоевский
1 534 цитат

Фёдор Михайлович Достоевский — русский писатель, мыслитель, философ и публицист. ... Член-корреспондент Петербургской академии наук с 1877 года. Классик мировой литературы, по данным ЮНЕСКО, один из самых читаемых писателей в мире. Был осуждён по делу петрашевцев на четыре года каторги, отбывал своё наказание в военном городе Омске. Достоевский отрицал предъявленные ему обвинения, но суд признал его «одним из важнейших преступников» за чтение и «за недонесение о распространении преступного о религии и правительстве письма литератора Белинского». До 13 ноября 1849 года Военно-судная комиссия приговорила Ф. М. Достоевского к лишению всех прав состояния и «смертной казни расстрелянием». 19 ноября смертный приговор Достоевскому был отменён по заключению генерал-аудиториата «ввиду несоответствия его вине осужденного» с осуждением к восьмилетнему сроку каторги. В конце ноября император Николай I при утверждении подготовленного генерал-аудиториатом приговора петрашевцам заменил восьмилетний срок каторги Достоевскому четырёхлетним с последующей военной службой рядовым. 22 декабря 1849 (3 января 1850 года) на Семёновском плацу петрашевцам, и Ф. М. Достоевскому в их числе, был прочитан приговор о «смертной казни расстрелянием» с переломлением над головой шпаги, за чем последовала приостановка казни и помилование. При инсценировке казни о помиловании и назначении наказания в виде каторжных работ было объявлено в последний момент. Один из приговорённых к казни, Николай Григорьев, сошёл с ума. К наиболее значительным произведениям писателя относятся романы «великого пятикнижия» — «Преступление и наказание» (1866), «Идиот» (1869), «Бесы» (1872), «Подросток» (1875), «Братья Карамазовы» (1880).

Похожие цитаты

По-моему, Христова любовь к людям есть в своем роде невозможное на земле чудо. Правда, он был бог. Но мы-то не боги. Положим, я, например, глубоко могу страдать, но другой никогда ведь не может узнать, до какой степени я страдаю, потому что он другой, а не я, и, сверх того, редко человек согласится признать другого за страдальца (точно будто это чин). Почему не согласится, как ты думаешь? Потому, например, что от меня дурно пахнет, что у меня глупое лицо, потому что я раз когда-то отдавил ему ногу. <...> Отвлеченно ещё можно любить ближнего и даже иногда издали, но вблизи почти никогда.
Я восхищалась им и глубоко уважала. Это ведь тоже любовь. И я думала, что другой никогда не узнаю.
Быть может, только потому вновь и вновь возникают войны, что один никогда не может до конца почувствовать, как страдает другой.
— Я болен. — Я знаю! Ты бы ушел, зная, что я в глубоком шоке. О болезни бессмысленно говорить, потому что ничего не изменится. Это просто бесполезное самокопание, которым сейчас все страдают. Я не могу говорить о твоей болезни, потому что другого шанса увидеться может и не быть!