— Есть маленькое правило насчет убийства людей... Вообще-то, у меня два правила: первое: я не встречаюсь с музыкантами и второе: я не убиваю людей! [После того, как Джордан пристрелила первого террориста...] — Если так пойдёт дальше, ты ещё и с музыкантами станешь встречаться.

Джей Ди (мысленно): — После операции Джордан лежала в постели, а вот доктор Кокс — нет. Перри Кокс: — Я приготовил тебе завтрак, вылизал кухню и по дороге на работу заброшу Джека в детский сад. Что ещё я могу для тебя сделать? Джордан: — Я хочу, чтобы ты зашел в видео-магазин и купил любой фильм с Вигго Чего-то-там-сеном. Я хочу минералку без газа, сало в шоколаде, сыр с перцем и фотографию помидорного куста, который я сажала прошлой весной — вдруг на нем улитки. А если встретишь соседку Лену с нижнего этажа, закати глаза и скажи «шлюха»: вроде как не ей, но чтобы она услышала. И будь дома к половине седьмого, потому что тебе придется купать Джека перед тем, как начнешь готовить мне ужин. Перри Кокс: — Слушай, у меня не остается времени на самоубийство.

— Невероятно! То есть, мы только что сорвали расследование ФБР? — Нет, я защитил наше дело. И кроме того, эти ищейки Джея Эдгара Гувера лишь подозревают, что мы это сделали. Они не знают наверняка. — Когда-нибудь, меня из-за тебя уволят! — Сможешь уйти в ФБР. Хотя нет, погоди, ты прав, уже не сможешь.

Чувство банально по своей природе. Это низший природный элемент, пошлый атрибут обыденности. Когда меня обуревают чувства, я превращаюсь в форменного идиота.