Себейкин: — Во, обожди. Ты Пушкина знаешь? Полуорлов: — Пушкина? Константин Иваныча?! Себейкин: — Не... Обожди, который это... об рыбке и рыбке-то... Ну вот это — совсем сбесилась моя старуха... Вот этот. Полуорлов: — А! Александра Сергеевича!
— Пётр Фёдорович Себейкин
