Я не хочу рушить снова наступивший мир. И не важно, как странно это будет выглядеть.

Не надо смотреть мне в глаза – там рушится рай...

Распад медленной массы христианства начался в тот самый миг, когда начала рушиться вера в потусторонний мир.

Всё рушится. И всё, что я могу сделать — это стоять и смотреть. Такие люди как мы ничто здесь. Тысяча Аджаев умрёт, а ничего не изменится. Ничего.