Наиболее сердечный и подлинный смех — смех злорадный.

Если бы мысли пахли, вокруг головы регулярно возникал бы скверный запах.

По свидетельству коменданта Треблинки Франца Штангла, «это был дантов ад. Запах стоял невыносимый. Повсюду сотни, нет, тысячи разлагающихся, гниющих трупов. Вокруг лагеря были палатки и горели костры, и группы украинских охранников и девиц-проституток, как я выяснил позднее, собравшихся здесь со всей округи, слонялись пьяными, пели и танцевали под музыку».

— Как ты меня нашла? — Я просто шла на запах высокомерия!