«Всё рухнуло. И неважно, что всё осталось на месте: стены, стулья, фотографии детей. Каждый атом взорвался изнутри и тотчас же перестроился...— Джоан Роулингaforizm.onlineВсё рухнуло. И неважно, что всё осталось на месте: стены, стулья, фотографии детей. Каждый атом взорвался изнутри и тотчас же перестроился...Всё рухнуло. И неважно, что всё осталось на месте: стены, стулья, фотографии детей. Каждый атом взорвался изнутри и тотчас же перестроился...— Джоан Роулинг Скопировать Скачать Картинкой Картинка Поделиться
«Сгореть дотла, взорвать себя изнутри! Есть две меня — осталось их примирить.aforizm.onlineСгореть дотла, взорвать себя изнутри! Есть две меня — осталось их примирить.Сгореть дотла, взорвать себя изнутри! Есть две меня — осталось их примирить.
«Каждым из нас есть своё место. Это памятник дружбе. Каждый договаривается «на нашем месте». Оставшихся мест всё меньше.— Ольга Туркинаaforizm.onlineКаждым из нас есть своё место. Это памятник дружбе. Каждый договаривается «на нашем месте». Оставшихся мест всё меньше.Каждым из нас есть своё место. Это памятник дружбе. Каждый договаривается «на нашем месте». Оставшихся мест всё меньше.— Ольга Туркина
«– Чтоб построить новый дом, динамита грянул гром… – Не взорвался старый дом — рухнул новый за углом!— Павел Васильевич Рудаковaforizm.online– Чтоб построить новый дом, динамита грянул гром… – Не взорвался старый дом — рухнул новый за углом!– Чтоб построить новый дом, динамита грянул гром… – Не взорвался старый дом — рухнул новый за углом!— Павел Васильевич Рудаков · фильм
«Константинополь был вторым, теперь это Стамбул. О том, как рухнул первый Рим, тебе расскажет Google, Крепче держись за стул, Москва — третий и последний, Но его дети не спешат вой…aforizm.onlineКонстантинополь был вторым, теперь это Стамбул. О том, как рухнул первый Рим, тебе расскажет Google, Крепче держись за стул, Москва — третий и последний, Но его дети не спешат войти в свое наследие.Константинополь был вторым, теперь это Стамбул. О том, как рухнул первый Рим, тебе расскажет Google, Крепче держись за стул, Москва — третий и последний, Но его дети не спешат войти в свое наследие.