Молодая волхва-княгиня настолько привыкла к тому, что она – лучше всех всегда и во всём, что это не возбуждало в ней никакого тщеславия: она принимала своё превосходство как должное, умела радоваться ему, не задевая гордости других, всегда казалась веселой и приветливой, так что на неё было просто невозможно сердиться за все её несомненные совершенства.
— Елизавета Дворецкая