— Мы с Мири не трахаемся. То есть, я бы ее трахнул, но она не хочет. Я даже пробовал уломать ее на голландский штурвал, но и тут оказался в пролете. — Голландский штурвал? — Никогда о нем не слышал? Гляди, берешь свой член, а кто-то другой работает твоей рукой. Вот смотри: ты берешь мою руку, я беру свой член, ты моей рукой работаешь, сечешь, Зак? Вверх и вниз, словно кто-то другой дрочит тебе. И потом, есть еще двойной штурвал — я беру свой член, ты берешь свой, я работаю твоей рукой, ты — моей. Мы работаем одновременно, как будто дрочим вместе, но не геи. Ты работаешь а я балдею. Такой кайф, сэр. Давай, попробуй! — Извини, что я вынужден сменить тему...

— Чтобы ты сам себя трахнул! — Я устал трахать и твою жену! — Как твоя мама? — Устала трахаться с моим отцом!

— Сколько вы уже встречаетесь? — Четыре месяца. — Полтора месяца. — Ну, он считает с того времени, как попросил меня встречаться с ним, а я с того, как мы трахались.

Я всегда замечала, что у девочки, когда она влюбляется в мальчика, глаза сияют так, будто за ними фонарик включили.