Вас казнят смертельной инъекцией на электрическом стуле, а потом расстреляют.

Мы ожидали тюрьму, смертельную инъекцию, а не вот это вот всё.

Капитализм должен убивать и учит убивать. Кровь фашистского террора, кровь войн – его инъекции, которыми он ещё поддерживает себя. И ему нужно всё больше и больше новых инъекций, как морфинисту, который должен увеличивать дозы, чтобы не умереть. И отвыкнуть он не может, ибо это не привычка, а смертельная болезнь.

Знаешь, люди странно относятся к писателям: большинство не может себе представить, что книги пишут такие же люди, как они.