Ах, сердце человечье, ты ли Моей доверилось руке? Тебя как клоуна учили, Как попугая на шестке. Тебя учили так и этак, Забывши радости твои, Чтоб в костяных трущобах клеток Ты лживо пело о любви. Сгибалась человечья выя, И стороною шла гроза. Друг другу лгали площадные Чистосердечные глаза. Но я смотрел на все без страха, - Я знал, что в дебрях темноты О кости черствые с размаху Припадками дробилось ты.
Ах, сердце человечье, ты ли Моей доверилось руке? Тебя как клоуна учили, Как попугая на шестке. Тебя учили так и этак, Забывши радости твои, Чтоб в костяных трущобах клеток Ты лживо пело о любви. Сгибалась человечья выя, И стороною шла гроза. Друг другу лгали площадные Чистосердечные глаза. Но я смотрел на все без страха, - Я знал, что в дебрях темноты О кости черствые с размаху Припадками дробилось ты.
Павел Николаевич Васильев — русский советский поэт, родоначальник «героического периода» в русской литературе — «эпохи побеждающего в человеческой душе коммунизма».
Не смеялась и не пела, Целый день молчала. Я всего с тобой хотела С самого начала. Беззаботной первой ссоры, Полной светлых бредней, И безмолвной, черствой, скорой, Трапезы последней.
