— О чём ты хочешь поговорить? — Ну... обо мне. Я... свободен духом, Винс. — Да? — Меня нельзя ограничить. Многие пытаются засунуть меня в ящик, но я вырываюсь. — Кто пытается засунуть тебя в ящик? — Это моя природа, природа Говарда Муна. — Кто пытается засунуть тебя в ящик? — Ну... люди, человек. — Ты в полицию сообщил об этом? — Да нет, человек... ты понимаешь о чём я. — О чём ты говоришь?! — Люди всегда пытаются засунуть других в ящики. — Никто не засовывает тебя в ящик. Для начала ты неподходящего размера. — Забудем разговор, ладно? — Как ты вообще влез бы в ящик?! — Не хочу больше разговаривать, читай свой журнал.
— О чём ты хочешь поговорить? — Ну... обо мне. Я... свободен духом, Винс. — Да? — Меня нельзя ограничить. Многие пытаются засунуть меня в ящик, но я вырываюсь. — Кто пытается засунуть тебя в ящик? — Это моя природа, природа Говарда Муна. — Кто пытается засунуть тебя в ящик? — Ну... люди, человек. — Ты в полицию сообщил об этом? — Да нет, человек... ты понимаешь о чём я. — О чём ты говоришь?! — Люди всегда пытаются засунуть других в ящики. — Никто не засовывает тебя в ящик. Для начала ты неподходящего размера. — Забудем разговор, ладно? — Как ты вообще влез бы в ящик?! — Не хочу больше разговаривать, читай свой журнал.
Седня мама отожгла: брат засовывает толстовку в сумку, ни*уя не лезет, мама подходит, аккуратно складывает (размеры уменьшаются раза в 2), спокойно кладет в сумку и говорит: Девкам уже сувать должен, а он толстовку засунуть не может.
Он налил ещё водки. — Забудь о своей гордыне. Знаешь, чем отличается гордость от гордыни? Я отрицательно покачал головой. — Гордость можно засунуть в задницу, а гордыня засовывает туда тебя...
