— Ты можешь описать вкус вина? — Это хорошее красное вино. Смелое вино с намёком на некоторую утончённость и без всякого притворства... На самом деле, я просто сказала о себе самой. — Ты не ошиблась. Вино, как и люди. Виноград впитывает всё, что происходит в жизни вокруг него. Он поглощает это, и сам приобретает характер.

Всю жизнь ощущаю какое-то странное равнодушие, немного похожее на холод в сердце: как будто все, что со мной происходит, не на самом деле. Как будто я просто сплю и все равно придется просыпаться, поэтому не стоит слишком интересоваться подробностями сна.

Никто, кроме меня, не знал, о чем и как я пишу. Сам я всегда знал: хорошо и точно я написал или нет. Никто другой не смог бы этого сказать. Если я считал, что получилось хорошо, мне было совершенно все равно, кто что мог подумать.

Она хорошо знала, что вдохновение – вторично. Первична – идея, мысль, понимание сцены, которую нужно описать.