Один акт насилия может быть искоренен только другим таким же актом.

Если мы прощаем зло, то тем самым даем ему возможность умножаться и распространяться. Когда на акт насилия мы отвечаем актом милосердия, мы поощряем наших врагов к совершению новых актов насилия.

Когда они были в постели, это превращалось в акт насилия — как того с неизбежностью требовала сама природа этого акта.

Меня бесит мир, который делит одинаковые акты насилия на героические и злодейские, решая — что хорошо, а что плохо. <...> Насилие порождает лишь большее насилие.