— Ведь если это судьба, то во всем этом должен быть какой-то смысл, ведь так? — Да... — Тогда зачем сражаться с судьбой? Если этого не делать, жизнь может стать очень мерной.
— Ведь если это судьба, то во всем этом должен быть какой-то смысл, ведь так? — Да... — Тогда зачем сражаться с судьбой? Если этого не делать, жизнь может стать очень мерной.
Если жизнь вообще имеет смысл, то имеет смысл и страдание. Страдание является частью жизни, точно так же, как судьба и смерть. Страдание и смерть придают бытию цельность.