О, они хитроумны до тех пор, пока им приходится иметь дело только с головой, а стоит им столкнуться с сердцем — и злодеи мгновенно глупеют!...

Лучше умереть, чем жить без него. Зачем глаза, если не видишь рядом любимого? И руки, если некого прижать к своей груди? Если любимого с тобой нет и ты не чувствуешь его дыхание, зачем вообще дышать?

Взгляните на розы за окном. Срывайте их сейчас, пока дыхание зимы не погубило их красоту и свежесть…

… сейчас, через восемьдесят восемь дней после смерти Мэрилин, я смотрю на портрет и снова поражаюсь её красоте. Я хочу обнять её, прижать к своей груди, поцеловать. Но слёз уже меньше; я не чувствую ни мучительной раны в груди, ни жгучей боли. Да, я знаю, что смерть ждёт меня, что смерть ждёт всякое живое существо. Но с тех пор, как умерла Мэрилин, мысли о собственной кончине даже не приходят мне в голову. Хотя мне тяжело об этом думать, я не охвачен страхом. Такова природа жизни и сознания. Я благодарен за то, что у меня было.