Илона втолкнула рыцаря в ванную и прикрыла дверь. – Эй! – влезла она почти в ту же секунду. – Не забудь раздеться. А то я в одном фильме видела, как французский рыцарь сунулся в воду прямо в рубахе и в штанах. – Франки всегда отличались недалеким умом, – подтвердил рыжий рыцарь.

Колени – опора молитвы.

– Простите мою прямоту, но… вы ведь сами сказали, что… – Что?! Что такого я сказала? – Илона вообще заводилась с полуоборота, возможно, поэтому у нее не было длинных романов – ни один парень не решался долго находиться в обществе такого чуда. – Что вы… – храбро выдохнул Нэд, – ходите в бардак! – В институт, – поправила девушка. – А в институте – бардак! – добил рыжий рыцарь. Илона на пару минут заткнулась, в ее хорошенькую головку начали забредать мысли о том, что парень-то и вправду «не того»… В смысле не притворяется. – Ну бардак, да… Так у нас всегда бардак, везде, во всей стране. Что в этом такого? – Но… леди… Бардак – это дом, где работают падшие женщины! Они продают любовь за деньги!

Мир встал на колени, Встал на колени после удара. Этот мир тает под снегом, Тает под снегом, плачет дождями. Слабый мир.