So you're leaving in the morning on the early train I could say everything's alright And I could pretend and say goodbye Got your ticket Got your suitcase Got your leaving smile I could say that's the way it goes And I could pretend and you won't know That I was lying.

И воцарилась тишина: так мало мы могли сказать друг другу, и так много надо было сказать.

— Но у меня всегда был список того, что я хотела бы иметь в доме. — Я знаю. Дом на дереве, чтобы близнецы могли там играть. Смотри, вон идеальное дерево для этого. И газон, есть отличное место с другой стороны дома. Ну и, конечно, белый забор, о котором ты так мечтала. — Постой! Я никогда ничего не говорила о белом заборе! — Говорила, на нашем первом свидании. Ты сказала, что мечтаешь о белом заборе. — Быть не может, чтобы я сказала такое на первом свидании. — Сказала, я запомнил. Потому что, как только ты это сказала, мне представился образ, как мы сидим на крыльце, смотрим, как наши дети играют, пьем лимонад и смотрим вдаль поверх нашего белого забора.

Вот бы у меня была сотня лет... — очень тихо сказала она. — Сотня лет, которую я могла бы провести с тобой.