Моя мама умерла в сорок. Но она умерла задолго до этого. Она только делала вид, что живет. Она всю дорогу торчала под коксом. Каждый день была копом или дилером, которым она была должна. Она постоянно спрашивала, слышу ли я звуки. И она вздрагивала, если я дотрагивалась до неё. Даже для того, чтобы обнять.