Начинаешь верить в судьбу. Она есть. И, пожалуй, ни на какое счастье не променяешь всю эту щемящую тревогу, горечь, необъяснимую печаль и любовь (такую же необъяснимую), которые измучили сердце. Как будто дыхание чего-то огромного, того, что сильнее смерти входит в жизнь. В этом есть какая-то непомерная чистота, ясность. И какая-то внутренняя дрожь, какая бывает только холодным, чистым, очень ранним утром, когда еще вся земля спит. Чистота.

Любовь нельзя измерить, как длину дороги или высоту здания.

Судьба порой сулит мне счастье, Но, как и всякий человек, Я у страстей своих во власти. Я превращаю в вечный бег Попытку стать совсем счастливым, Любовь и дружбу отыскать. А, может, только терпеливым Судьба благоволит, как мать?

Я жив покуда я верю в чудо, но должен буду я умереть. Мне очень грустно, что в сердце пусто, все мои чувства забрал медведь. Моя судьба мне не подвластна, любовь моя как смерть опасна. Погаснет день, луна проснётся и снова зверь во мне очнётся, забрали чары души покой, возник вопрос: кто я такой?