— Когда-то я любила ходить в горы. В них тихо и просто. — А у меня был дядя. Дядюшка Джим. Вот он-то и научил меня всему, что связано с походом. — А я думала, ты был городским мальчиком. — Ну да, до мозга костей. А мой дядя не был городским. Родом из Каролины, уехал оттуда давным-давно. — И где он сейчас? — Не с нами. — Мне очень жаль. — Да, но что тут, блъ, поделаешь. Нужно жить дальше, так? Стараться беречь то время, что у тебя есть. — Мы теряем многих любимых людей... — Слишком многих. Слишком рано. — Иногда я думаю, что лучше всего этого избегать. Быть проще, понимаешь? — Мне так не кажется. Сохранил или потерял — нельзя жалеть. Никаких сожалений. Давай, Ханна, скажи — «никаких сожалений». — «Никаких сожалений»? — Да, именно так, чёрт возьми. Без сожалений. Никаких, блъ, сожалений. — Хи-хи. Без сожалений. Никаких, блъ, сожалений. Ха-ха-ха... — Да, это уже другой разговор.