Только когда даешь человеку свободу, только тогда он начинает хранить тебе верность, потому что запретов нет, следовательно, и нет желания их нарушать.
Только когда даешь человеку свободу, только тогда он начинает хранить тебе верность, потому что запретов нет, следовательно, и нет желания их нарушать.
Верность, придуманная для выполнения твоих собственных, эгоистичных желаний — это только желание. Желание не превращается в действительность только потому, что тебе этого хочется.