Сюда приходили люди, которым было приятнее быть друг с другом, чем порознь, которые терпеть не могли всякого рода воскресений, потому что в воскресенье им было скучно.

Мария терпеть не могла учиться и, кроме телевизора, иных развлечений не признавала — да их и не было.

Притворяться счастливой, натянув широкую улыбку, было гораздо проще, чем признаваться самой себе, в какое эмоциональное дно ты загнала себя.

Другие думают о нас гораздо меньше, чем кажется; людей гораздо больше волнует то, что думают о них.