— Не смей говорить с моим отцом в таком тоне, задница! — Следи за языком! — Она может говорить «задница», если хочет. — Задница! Задница! — Не ты.

Человек больше похож на своё время, чем на отца и мать.

— Ты расстроена. — Нет, я не расстроена. — Да ты расстроена! Я знаю, когда ты расстроена. Это похоже на мою мать. — Спасибо! — Тебе же нравится моя мать! — Да, но тебе же она не нравиться. Поэтому когда ты говоришь, что я похожа на твою мать это далеко не комплимент!

— Ты очень похожа на мою мать! Я ненавижу мою мать!... Ты... Ты очень похож на моего отца! Я ненавижу моего отца! [Кесслер толкнул маньяка и тот, скатившись вниз по ступеням в подвал, сломал себе шею] — Боже мой! Господи! Что это такое? Этот тот самый маньяк-убийца. Он сказал мне, что я похожа на его мать. А свою мать он ненавидит... Он умер. Ну, если я похожа на его мать, а ты похож на его отца, наверное так бы и выглядел наш сын. Убедительный довод в пользу контроля рождаемости.