Потом ложусь и смотрю в небо. Оно странного цвета — угольно-красного, словно день истекает кровью.

Цвет крови не забывается. Она такая красная, такая ярко-красная, кровь героев. Она видна богам лучше, чем бесцветные слезы святых.

Моя кровь самого плебейского цвета – красного.

Ты превосходишь нас всех. Ты — словно живая роза среди восковых цветов. Наше существование, может, и будет длиться вечно; но твой цвет ярче, а аромат — душистее, и шипы твои ранят до крови.