Уже почти стемнело; небо приобрело тот светящийся оттенок темно-синего, что предшествует ночному мраку, и горизонт за домом испещряли полосы бледно-лимонного, зеленого и розового.
Человек, которого мы подобрали в Стамбуле, принес на борт странную болезнь. Его лицо приобрело бурый оттенок, у него была высокая температура и начался кровавый кашель. Мы были вынуждены его изолировать... Перед смертью пассажир дал мне на хранение свой саквояж и взял с меня слово, что я во что бы то ни стало доставлю его в Москву...