Мой лучший друг умер у меня на глазах, и тут я понял, что не только мы охотимся за немецким оружием: западные союзники тоже подобрались к нему вплотную. Разумеется, Драгович, Кравченко и Штайнер сбежали и предоставили мне разбираться с англичанами — для них я был русским ничтожеством. Им наплевать, что мои соотечественники предали меня и оставили подыхать. Но их нападение дало мне шанс сбежать.
Мой отец был музыкантом в Сталинграде. В период немецкой оккупации его скрипка радовала сердца чудесной музыкой Корсакова, Стасова и других наших великих композиторов. Для моих соотечественников это был символ надежды, для немцев — символ нашего неповиновения, вызов… Даже сейчас я слышу, как он играет… Нацисты перерезали ему горло во сне. Сотрудничество с нацистами — это подлость, предательство Родины. Но Драговича и Кравченко это не волновало — им важно было только добиться своего…
