Когда приходит высокая минута, вот как сейчас, мы говорим пустяки, потому что боимся сказать слишком много, а то и вовсе не находим нужных слов.

…Разве для любви нужны слова? <…> Олико помнила каждое слово, которое он сказал ей в те дни, каждый вздох, каждое «и». Потому что для любви — что ни говори — нужны слова.

Слишком много сказанных слов, не пролетевших и половины пути. Разбитых, о спины или стеклянные взгляды, либо беспомощно застрявших в горле, в надежде на лучший случай. Содержание станет не нужным, без формы по сути. Тиры для ружей — слова для ушей. И не споткнётся лишь тот — кто, что-то вынес из сгоревших коридоров опустевших школ, так называемой жизни. И слишком... слишком много воин, каждый второй причастен, каждый сотый готов, намного меньше согласных... согласных — нет. Слишком мало любви... слишком много случайных встреч, слишком много ненужных разлук... — слишком мало любви...

Уорд убивает не потому, что ничего не чувствует, а потому, что чувствует слишком много.