Проглянет луч — и в полудреме тяжкой, По-старчески тоскуя о тепле, В углу между собакой и бродяжкой Как равный я улягусь на земле. Две трети жизни растеряв по свету, В надежде жить, успел я постареть И, как игрок последнюю монету, Кладу на кон оставшуюся треть. Ни я не мил, ни мне ничто не мило; Моей душе со мной не по пути; Во мне самом готова мне могила — И я мертвей умерших во плоти. Едва лишь тень потянется к руинам, Я припаду к остывшему песку И, холодом пронизанный змеиным, Скользну в мою беззвучную тоску.