Какая польза в том, что царь кого-либо казнит, а затем в содеянном кается, он порочит себя, если кого-либо в сане повышает, а потом понижает, когда опоминается.

Ошибки можно простить, когда человек хотя бы попробовал исправить содеянное.

Вы мне напоминаете тех мещан, которые еще затемно собрались глазеть на смертную казнь, говорят: мы здесь ни при чем, мы против смертной казни, это все прокурор и палач.

Все мы смертные, все мы грешные, ошибается каждый. И не любую ошибку исправить можно. Что сделано, то прошло — все, вошло в историю. Не сотрешь ластиком, не перепишешь начисто. Тут либо принимаешь и пытаешься построить заново на том, что есть, либо стреляешься сразу, потому что не выживешь…