Десять тысяч лет человек пытается выдрессировать лошадь. Каждый человек начинает с каждой лошадью одну и ту же работу, трудную и опасную. Десять тысяч лет падает, десять тысяч лет поднимается. Изобретает машины, самолеты и тем не менее садится на коня.

Клаас, на радостях, что разбогател, уплатил флорин и получил отпущение грехов на десять тысяч лет.

Если дальше ехать некуда — тогда лети или плыви, всё-равно конечен не путь, а способ продвижения.

Много лет затем дед работал на обувной фабрике № 4 слесарем-канализатором, в вонючей робе лазил с ключами по трубам, ранился у станка — уж такой рабочий класс, что дальше некуда.