В те дни Земля была неподвижно закреплена в центре мироздания. Ее еще не сорвали с этого святого места, бросив крутиться — нелепо, беспомощно и неприлично — среди бессмысленных звезд. А Солнце еще двигалось вокруг закрепленной Земли, так что дни и ночи неотъемлемо принадлежали Земле и всем ее обитателям, а вовсе не шару безмолвного пламени. Облака тогда считали нужным летать на огромной высоте, где-то на полпути между луной и подлунными водами; а Создатель предпочитал прохаживаться среди облаков, вышагивая будто человек, погожим вечерком гуляющий в своем саду.