28 сентября 2026, понедельник

Я бросил пить в свое время, абсолютно, то есть совсем, и до сих пор не начал, именно потому, что ужас похмелья перевешивал всю радость от выпивки. Состояние похмелья — это состояние вины прежде всего, ты чувствуешь себя страшно и непоправимо виноватым. И вот это состояние в «Черном человеке» отражено. Это больная совесть, которая мучается. Черный человек ведь является не просто так, он является как укор совести, как ее укол, как напоминание о том, что ты не равен себе, что ты там наврал, здесь уступил, здесь поступил ниже, чем мог, и так далее. Вот я говорю, это страшный вариант судьбы, это, конечно, похмельный синдром. Но тем больше мужество Есенина, который нашел в себе силы пройти путь падения до конца и зафиксировать для нас его хронику, чтобы мы уже по этому пути не делали ни шагу.

— Дмитрий Львович Быков

Дмитрий Львович Быков
Дмитрий Львович Быков
316 цитат

29 июля 2022 года Министерство юстиции России внесло Быкова в реестр СМИ — «иностранных агентов». ... 11 сентября 2025 года был внесён в список «экстремистов и террористов» Росфинмониторинга. 1 октября 2025 года Дмитрия Быкова заочно приговорили к 7 годам колонии по делу о «военных фейках» и неисполнении обязанностей «иноагента». Дмитрий Львович Быков — русский писатель и поэт, журналист, кинокритик, сценарист, популяризатор литературы. Биограф Бориса Пастернака, Булата Окуджавы и Владимира Маяковского. Совместно с Михаилом Ефремовым регулярно издавал литературные видеовыпуски в рамках проектов «Гражданин поэт» и «Господин хороший». Осенью 2021 года Дмитрий Быков уехал из России в США. С 2022 года стал приглашённым критиком в Институте европейских исследований Корнеллском университете (США), а с 2024 года — приглашённым доцентом кафедры современных языков и литературы Рочестерского университета.

Похожие цитаты

У тебя каждое утро эти «крайние обстоятельства». Похмельный синдром называется!
В похмельном и болезном состоянии Витка была сущей лахудрой, а вообще – валькирией.
— Марина Козлова · книга
У людей, <…> обладающих совестью, нравственные страдания перевешивают любую внешнюю угрозу.