Чего ждать от фотографических изображений жертв этнической чистки в картинной галерее? Бунта против палачей? Сочувствия к пострадавшим, за которым ничего не последует? Гнева против фотографов, превращающих народные бедствия в повод для эстетического высказывания? Или, может быть, возмущения по поводу того, что фотографы не видят в этих людях ничего, кроме их унизительного положения жертвы?

Глядя на «Мадонну в скалах», посетитель Национальной галереи (благодаря всему тому, что он слышал и читал об этой картине) будет чувствовать примерно следующее: «Я стою перед ней. Я вижу ее. Эта картина Леонардо не похожа ни на одну другую картину в мире. В Национальной галерее хранится ее подлинник. Если я буду достаточно старательно смотреть на нее, то смогу почувствовать ее подлинность. «Мадонна в скалах» Леонардо да Винчи: она подлинна, а потому прекрасна!»

Наверное, женщина вообще не способна полюбить мужчину, если знает его давно... с тех пор как себя помнит. У мужчин это как раз наоборот. А девушки всегда влюбляются в тех, кого видят в первый раз.

Чтение — вот чего следует опасаться. Здоровые телом и духом молодые люди не должны читать, иначе они кончают плачевно — попадают в учителя.