Любовь — самое свободное, непосредственное и непреодолимое тяготение одного существа к другому: законы ее не писаны. Люди пытаются для всего создать правила, и это, наверное, необходимо. Но любовь разрывает любые путы и цепи, презирает любые кодексы чести, морали и нравственности, нарушает любые клятвы и обеты, ибо ее суть — небесная гармония.
Любовь — самое свободное, непосредственное и непреодолимое тяготение одного существа к другому: законы ее не писаны. Люди пытаются для всего создать правила, и это, наверное, необходимо. Но любовь разрывает любые путы и цепи, презирает любые кодексы чести, морали и нравственности, нарушает любые клятвы и обеты, ибо ее суть — небесная гармония.
Биография Натальи Солнцевой давно обросла мифами и слухами. ... По одним из них, автор, якобы, мужчина, который удачно издается под женским псевдонимом, — писателю-мужчине пробиться труднее. По другим, она — это «они», штат писателей, историков, редакторов под одним именем. Много, якобы, современных и исторических сюжетных линий одному человеку вести не по силам. А еще автор-де сотрудничает с организацией по изучению аномальных явлений. Мистические события из ее романов невозможно придумать, это явно описание реальных происшествий. Также упоминается, что Наталья Солнцева — археолог-любитель в прошлом, — сейчас посвятила себя истории искусств и литературе. Последние десять лет она занимается только этим. Наталья Солнцева не появляется на публике и не дает открытых интервью. Фотографии с обложек ее книг и в Интернете взяты из архива издательства. Кто на них — точно неизвестно. По словам автора, ее биография полностью изложена в ее книгах — единственном неоспоримом доказательстве существования Натальи Солнцевой. "Моя биография изложена в моих романах — кусочками, фрагментами, эпизодами, чертами характеров героев, их мыслями и судьбами. Личность автора, по-моему убеждению, не должна подменять его творчество. Свои чувства, взгляды на мир, свое отношение к жизни писатель выражает в книгах. В них и можно познакомиться с автором"...
Нравственный идеал конфуцианства, выраженный наиболее полно в понятии «гуманность» предстает гармонией противоположных интересов, подвижным равновесием внутреннего и внешнего, воспитанности и непосредственности, свободы и закона и т. д.
То, к чему мы сегодня пришли под влиянием насквозь лицемерного «нравственного кодекса строителей коммунизма», — прямой итог предсказанной Ницше дегенерации, усиленной тоталитарным способом навязывания «морали рабов».
Если кто даст обет или поклянется клятвою, положив зарок на душу свою, то он не должен нарушать слова своего, но должен исполнить все, что вышло из его уст.