После того, как она повесила трубку, я сказал в затихший телефон: – Я люблю тебя, Лесли Парриш. Эти слова, сказанные в полном уединении, так что никто их не услышал, – слова, которые я так презирал и никогда не произносил, – были истинны, как сам свет.
— Ричард Бах
