Ты веришь приметам и снам, Пасьянсу, кофейной гуще, А я — лишь тебе, вдохновенно лгущей. Ты веришь дурным вестям, Гаданьям и детским сказкам, А я — только детским твоим гримаскам. <...> А я в объятьях твоих Лишь верю в сладость объятий, В пожар и прохладу ночной благодати. И этой вере святой Я верен всею душой, И вот я живу и дышу лишь тобой.
— Поль Верлен
