Я знаю свои пределы, как знаю и то, что моя способность к страданию – не безгранична.

Я была влюблена в тебя с того дня, когда мы встретились, и вдруг мы начали притворяться парой, этот поцелуй и секс втроем. У меня появилась надежда. Я надеялась, что ты поняла, что твой прекрасный принц был принцессой сарказма.

Не кажется ли вам, что некоторые люди не созданы для того, чтобы быть детьми? Помню, я часто думал о том, как странно, что я ребенок, что ко мне относятся, как к ребенку, и ждут от меня того, что я буду вести себя, как ребенок, хотя сам я воспринимал себя просто как «я», то есть «Рагнар». Часто ли у детей такое бывает?

А мне в голову пришло вот что: я не смогла бы с Томашем варить варенье и топить печь, когда станет холодно. Твоё письмо позволило мне понять, что любовь, кроме того, что она есть, еще должна быть прекрасной. Она может быть трудной, но не может быть неподходящей. Моя была неподходящей.