Разве похвастать молодой женой Василисой Микулишной? Да дома она сидит, по пирам не шастает. А нужно будет — всех вас, больших бояр, и тебя князь, вокруг пальца обведет!

— Боюсь, что это не медведь, — глухим голосом произнес хозяин. — Боюсь, что это, наконец, ОН. Надо отпереть. — Не надо! — возразил я. — Надо. Он заплатил за две недели, а прожил всего одну. Мы не имеем права. У меня отберут лицензию.

Подойти к незнакомой женщине значит раскрыть свои намерения ещё прежде, чем что-то будет произнесено, и эта недвусмысленность всегда его парализовала.

Возле князей — возле смерти.