— Киллиан, я дал тебе всё: послушную армию, место во Внутреннем Круге и будущее, о котором можно только мечтать. И единственное, что я требовал взамен — это веры. — Моя вера крепка. Я верю в дело Братства, а ты отрёкся от своих последователей. — Аджай? — Что? — Расскажи мне про Сараево. — Эм... Ну там много всякого было... — Ты сказал, что сам видел, как люди Киллиан атаковали твоих братьев. — Это был отряд перебежчиков с агентом Г. С. Б. во главе... — Ты сказал, что она предала не только меня и моих министров, но и само будущее Братства. — Это клевета! У тебя нет доказательств! — Вера Аджая не подлежит сомнениям. Его свидетельства для меня достаточно. — Я... Я не говорил, что это были именно люди Киллиан. — Ты сказал, что она строила козни за моей спиной. Ты сам назвал это предательством. Мы оба знаем, что наказание за предательство только одно — смерть. Так это были войска Киллиан или нет, Аджай? Решение за тобой. — Ну же, Аджай, скажи ему «да». Этого ты и хотел, верно? — Я не знаю! Понятия не имею, чего там хотела Киллиан! Как всё сложно! Я просто делаю то, что нужно Братству! — Хорошо. Прикончи её... Какая жалость! Но сомнения подобны гнили — их надлежит отсечь... Поздравляю, Аджай! Я подверг тебя испытанию, и ты прошёл его. Как я и говорил, во Внутреннем Круге освободилось место. Поздравляю, командующий, теперь ты — моя правая рука.