Наш опрокинутый, как чаша, небосвод Гнетет невзгодами и тьмой лихих забот. На дружбу кувшина и чаши полюбуйся: Они целуются, хоть кровь меж них течёт.

Умеренность — это всё равно что обыкновенный скучный обед, а неумеренность — праздничный пир.

Женщины у них наши, только одеты богаче и доступнее: они купили манекены с витрин вместе с мехами и, приплатив, оживили их. Это их жёны.

Удивительно, как при начале пира пьют из малых чаш, а с полными желудками — из больших.